Вопрос: Сегодня люди недостаточно думают о смерти и о жизни после неё; а если и думают, то редко делают из этого нужные выводы. Что бы вы посоветовали?

Ответ: Прежде люди, встречаясь, старались говорить о том, что приближает к Аллаху, и обсуждали это вместе. Одной из первых тем была смерть. Те, кто жил с оглядкой на вечность, напоминали друг другу о конце земного пути и побуждали готовиться к бесконечной жизни.

Сегодня же взгляд человека прикован к этой жизни: земные интересы и нужды выдвинулись на первый план – и картины будущей жизни стали стираться из памяти. Стало меньше сред, где человека зовут к размышлению о Всевышнем, и гораздо больше причин, которые подталкивают к капризам души и наущениям шайтана. Серьёзность и достоинство уступили место легкомыслию и жизни ради развлечений. Люди собираются вместе, но их беседы редко украшаются памятью о Возлюбленном – о Боге.

К сожалению, и современная наука не всегда помогает человеку обрести душу и укрепить веру; напротив, порой делает его надменнее и распущеннее. Если результаты научных исследований не наполнять смыслами, ведущими к Аллаху, и не оценивать их правильным взглядом, это может увести человечество в беспечность и заблуждение.

Уплотняющаяся завеса беспечности

И сказанное относится не только к «людям мира». Увы, даже среди тех, кто молится в мечети или совершает таваф у Каабы, не так много людей с по-настоящему крепкой связью с Аллахом. Завеса беспечности в наше время так уплотнилась, что прорвать её и дойти сердцем до Бога стало трудно.

В эпохи, когда религия проживалась глубоко, одного короткого, простого наставления от уважаемого человека хватало, чтобы встряхнуть и пробудить людей. Стоило лишь заговорить о смерти и вечности – и сердца содрогались, человек приходил в себя. Небольшое напоминание могло направить к близости с Аллахом.

Когда я вспоминаю детство, перед глазами всплывают картины людей, очень серьёзных в поклонении, с глазами, полными слёз. Тогда не было той беспечности и равнодушия к вере, что распространились сегодня; люди не были так запачканы греховной грязью. Чувства и мысли были чище, сердца – прозрачнее. При духовных разговорах в людях просыпался живой трепет. Поэтому смерть была для них великим наставником.

Сегодняшний человек, возможно, знает о религии больше, чем его предки. Его сведения о «книге мироздания» тоже шире. Но, к сожалению, он живёт так, словно не видит того, что видели они, и не слышит того, что слышали они. Проповедники говорят о вере повсюду: в мечетях звучат хутбы и наставления, читаются мавлиды, в особые дни проводятся программы – но трудно говорить о сердечном оживлении. Нет твёрдого чувства ответственности, исчез страх предстать перед Аллахом. Лично я ещё не встречал человека, у которого сердце остановилось бы от тяжести будущего отчёта. Увы, человек нашего времени обманывается этой краткой, временной жизнью и живёт в глубокой беспечности, крайне слабо готовясь к смерти и к тому, что будет после неё.

Две опоры, поддерживающие живость сердца

Раз так, прежде всего нужно обновить себя и стать более чуткими к религиозным темам. Учёные говорят о двух важных средствах, которые поддерживают сердце живым. Первое – повелевать одобряемое и удерживать от порицаемого (призывать к добру и предостерегать от зла). Второе – занятия темами ракаик: тонкостью сердца, отрешённостью, духовным трезвением; и среди главных тем ракаик – память о смерти.

Да, нужно использовать любую возможность, чтобы озвучивать добро и звать к нему людей. Но такой призыв будет действенным лишь тогда, когда исходит от тех, кто уверовал в Аллаха верой крепче «математической точности», кто говорит с людьми языком сердца и живёт тем, что говорит. Иначе слова не проникнут в души: если человек, прикрываясь фразой «я говорю об Аллахе», на деле говорит о себе, гонится за роскошью и фантазиями, ловит должности своим знанием или просто рекламирует себя – его речь не отзовётся в сердцах. Невозможно быть убедительным, если призываешь к добру, но сам так не живёшь; если утверждаешь, что удерживаешь от грехов, но сам их не оставляешь. Тем, у кого нет серьёзной боли за ислам, чьё сердце умерло, а горячность погасла, прежде чем наставлять других, нужно спросить с себя и устроить себе расчёт.

Поэтому прежде всего необходимы – и должны быть воспитаны – разумные, искренние наставники из людей знания, посвятившие себя служению религии. Такое важное дело, как воспитание и религиозное образование, нельзя отдавать в руки некомпетентных. Тот, кто учит ходить, сам должен уверенно стоять на ногах и уметь ходить. Если мысль, которую мы произносим, не заставляет дрожать наше собственное сердце – как она подействует на других? Если мы выйдем к людям с холодным сердцем, лучше вообще не выходить. Нет нужды рассказывать другим то, что мы сами не приняли, не прожили, не переварили – и тем самым не впасть ещё и в грех лжи.

Важным путём в призыве к добру является совместное чтение и обсуждение книг, которые убедительно раскрывают вопросы веры – например, «Рисале-и Нур». В среде, где я рос, люди собирались в домах или комнатах караван-сараев и читали религиозные книги – «Дурретюль-ваизин», «Тенбихюль-гафилин», «Ахмедийе», «Мухаммедийе», «Тезкире» и другие. Они слушали с простым, чистым сердцем, верили услышанному и глубоко им проникались. В их глазах начинали мерцать картины вечности, а в сердцах прорастала тоска по встрече с Аллахом.

Моя покойная тётя под конец жизни почувствовала такую тягу к «тому миру», что, оказавшись в больнице, почти умоляла меня: «Ходжаэфенди, пожалуйста, забери меня отсюда. Я больше не хочу оставаться в этом мире – я очень желаю иной жизни». По её состоянию и тону было ясно, насколько искренне она это говорила. А один знакомый говорил о смерти так, будто перейти из жизни – это как перейти из одной комнаты в другую. Его не пугали ни могила, ни растворение тела в земле, ни начало жизни барзаха. Потому что они верили в Аллаха и в Судный день непоколебимой верой. Их вера была настолько чистой и ясной, что им хватало прочесть несколько книг из жанра ракаик – и сердце оживало.

Сегодня же умы так сбиты с толку, что прочитанное уже не приносит людям прежней пользы. Науки, которые не укоренены на почве единобожия и из каждой главы которых нельзя открыть «окно» к Аллаху, порой отдаляют человека от Него. Можно дать человеку не «Тезкире» Куртуби, а целый его огромный тафсир – и он не возьмёт из него свою долю мудрости. Можно назвать это потерей способности к духовной восприимчивости.

Если нужна проповедь – смерти достаточно

Одна из важных особенностей книг ракаик в том, что они рассматривают смерть и жизнь после неё со всех сторон. Они раскрывают этапы будущего мира, словно показывают их перед глазами, и дают разуму «анатомию» посмертной жизни. Они знакомят человека с истинной родиной, куда он переселится, объясняют события, с которыми он там столкнётся, и помогают выстроить равновесие между миром и вечностью. Человек, осознающий вопросы, которые ему зададут, дела, за которые его спросят, и трудности, с которыми он столкнётся, не привязывается к миру и не обманывается им. Но, увы, сегодня даже на богословских факультетах эти темы нередко не рассматривают с должной серьёзностью. Поэтому не вырастают люди сердца, посвятившие себя возрождению Светлой Религии Ислама.

Человек – путник. Он приходит из мира душ в утробу матери, затем проходит детство, юность, зрелость, старость – и переселяется в могилу. Потом следует барзах, затем сбор (махшар), мост Сырат – и, наконец, обитель вечного пребывания: по делам она станет либо Раем, либо – да сохранит Аллах – Адом. Значит, земная жизнь – лишь остановка на этом вечном пути. А смерть – это начало главы, где подводят итог прожитому. Если человек помнит о смерти, могиле, барзахе, Сырате, весах, Рае и Аде – и при этом его сердце не дрожит, ему стоит ещё раз пересмотреть себя.

Каждая из картин смерти и будущей жизни глубоко воздействует на живое сердце: заставляет человека сверять себя с собой, вести внутренний расчёт, делает земные удовольствия горькими. Если одна из сцен, описанных Кораном и Сунной, не встряхнула нас – встряхнёт другая; если одна не разогнала беспечность – разгонит следующая. Может ли погрузиться в беспечность человек, который знает, что впереди либо вечное счастье, либо вечная погибель, и верит в это всем сердцем? Коран и Сунна так ясно и подробно описывают отчёт после смерти и грядущие события, что остаться равнодушным трудно. Даже сцены «Великой встречи», увиденные нами на телеэкранах, когда-то заставляли сердце сжиматься и наполняли глаза слезами. А ведь увиденное – лишь тень реальности будущего мира. Но и этого хватало, чтобы прийти в себя и обновиться. Таковы и темы ракаик: если не подействует одно прочитанное – подействует другое.

Как известно, Посланник Аллаха (мир ему и благословение) советовал посещать кладбища: «Посещайте могилы: это разрывает привязанность к миру и напоминает об ахирате (о смерти)». Передают, что некоторые сподвижники – например, Осман (да будет доволен им Аллах) – приходя на кладбище, рыдали навзрыд. Кладбища глубоко действовали на них, они вздрагивали от тяжести будущего отчёта. Но сегодня сердца так ожесточились, что ни вести о смерти, ни посещение кладбищ не оставляют в нас глубокого следа. Я могу сказать, что встречал крайне мало людей, которые, побывав на кладбище, всерьёз задумались о своём исходе и устроили себе внутренний отчёт.

Как отмечал Устад, особенно два дара – здоровье и молодость – часто становятся причинами беспечности. Когда человек здоров, его хватают когти «долгих надежд» и иллюзии вечности: ему хочется держать смерть подальше. Он так увлекается мечтой о долгой жизни, будто смерть никогда не приблизится. Он смотрит на жизнь так, словно не умрёт, гонится за бесконечными планами и фантазиями, старается выжать из мира как можно больше наслаждения. И даже за внешне благими делами может скрываться желание угодить своему «я». Например, рассказывая людям о Боге, человек может тайно стараться поддерживать собственный авторитет; даже в самых благочестивых делах могут прятаться, как вирус, низкие и шайтанские побуждения. Если не осмыслить их правильно, такие великие дары, как здоровье и молодость, могут стать для человека средством самообмана.

И если есть нечто, что перекрывает дорогу этим мирским сладостям, то это – мысль о смерти. Пророк (мир ему и благословение) сказал: «Чаще вспоминайте смерть – разрушительницу наслаждений». Это нужно, чтобы верующие оставались настороже. Если сегодня не вспоминать смерть, она превратит в горечь удовольствия, которые вы вкусите завтра. Истинный верующий должен быть всегда готов к смерти – более того, должен желать её как встречи. Получив «повестку на демобилизацию», он должен уйти из мира с радостью, как солдат, завершивший службу. Для этого нужно освободить сердце от долгих надежд и иллюзии вечности в этом мире, подготовиться к уходу, а пребывание здесь связать с высокой целью – думая: «Если есть служение – тогда стоит пожить ещё немного».